Колонка Алены Бражниковой в рамках нашего направления #ПсихоМетелица о двух крайностях: радикальном медицинском патернализме или набивании в друзья в психиатрии.
Меня лечат, но со мной не разговаривают. Или — со мной разговаривают, но меня не лечат.
Я сталкивалась с обоими вариантами, и, скажу честно, оба варианта — вредны. Причем второй вариант зачастую хуже первого. Но об этом позже.
Мы не будем брать медицину в целом, я буду говорить о психиатрии и личном опыте. За свои 32 года жизни я сталкивалась с множеством психиатров. Меня лечили девять, в разное время. Мой первый психиатр лечил в обычной поликлинике, когда психиатры еще там были — мне было 20. Он использовал эриксоновский гипноз. Я благодарна ему просто за то, что он слушал меня, потому что тогда ничего другого у меня не было. А еще, когда я совсем сдала, он смог передать мне в другой город рецепт на антидепрессант — и я впервые узнала, что можно жить без тревоги.
Дальше пошла вереница разных специалистов и разные диагнозы. Все соглашались в одном: тревожно-депрессивное, ОКР и паническое расстройство. После ковида добавилось биполярное расстройство. Это частое явление после ковида — манифестация новых заболеваний.
Но перейдем от скучной части к более интересной.
В одной из больниц у меня с врачом состоялся такой диалог. Я была не особо в себе, вся дрожала от тревоги, потому и легла в больницу. Рассказывая о состоянии, я называла давно известные мне термины, которые мне говорили другие врачи. Так легче.
— У меня дереализация, деперсонализация, не ощущаю себя и мир вокруг, все будто во сне, еще контрастные навязчивости…
— Тут кто врач — ВЫ ИЛИ Я?
Я опешила. Психиатр явно разозлилась. Хотя в том состоянии я говорила сжато и через силу.
— Я выписала вам таблетки, их будет приносить медсестра.
— Какие?
— Вам это знать не обязательно.
Спойлер — таблетки мне не подошли. Но это ладно. Другой вопрос — человек в уязвимом психологическом состоянии не может дать равноценного отпора. Равноценным отпором было бы сказать «простите, а вы не ..ели?», по крайней мере, примерно так я сказала бы в обычном, ровном состоянии. Я ненавижу хамство и пресекаю его. Если моему близкому, допустим, при мне сказали так, как сказала она — я превратилась бы в бестию.
Но когда ты уязвим, ты просто плывешь туда, куда тебя направляют, как маленький бумажный кораблик.
Доверия к врачу не было. Я боялась сказать что-то не то. Из-за этого она не получала столько информации, сколько ей надо, чтобы корректировать схему. Это случай медицинского патернализма. Патернализм — это система отношений, где власть или авторитет ведет себя как «отец» или лидер, опекая и заботясь о «детях» (подчиненных или зависимых от него), ограничивая их свободу ради их же блага, но требуя послушания и лояльности,
В ряде случаев, патернализм уместен. Об этом — в самом конце. А пока — другой, противоположный случай.
Был очень хороший человек в моей жизни, психиатр. К нему в кабинет стекались все страждущие. Он разрешал сидеть там, тихо слушать музыку, или отдыхать в тишине. Он с огромным вниманием относился к каждой детали, каждому изменению состояния. Но поскольку он был молодым специалистом, он спешил. Он часто менял схемы, не давая им устояться. Из-за этого, его гиперэмпатии и неопытности, у пациентов случалась «болтанка»: то синдром отмены, то привыкание.
К слову, недавно я узнала, что этот специалист переучился на другую профессию, и создает руками разные шедевры. Он устал. Здорово, что нашел себя. Спасибо ему за чуткость. Но это тоже обратная сторона — хороший человек, но слабый специалист.
Вариант усредненный, наиболее подходящий, случился со мной 5 лет назад. Я встретила психиатра, который внимательно меня слушал, не перебивал, давал мне обратную связь, но не старался быть другом или «своим парнем». Он четко говорил мне: вот эти таблетки работают так, эти — вот так. При сопровождении, моих жалобах (схема препаратов заходила очень тяжело), он говорил мне — терпите, еще неделю терпим. Терпим. Потом смотрим. Это легкое проявление патернализма: послушание пациента во благо себе.
И через терпение. он вывел меня на стабильную ремиссию длиной в четыре года.
Хочется закончить небольшим абзацем о срединном пути в понимании буддизма. Я не буддистка, но он здорово описывает нужную реальность.
Срединный путь в буддизме — это учение Будды, которое избегает крайностей чувственных удовольствий и самоистязаний. Когда Будда покинул свой дворец, где у него были абсолютно все блага, и скитался, сначала он принял полную аскезу и истязал себя голодом и холодом. Однажды он встретил девушку, которая дала ему чашку риса. Съев ее, он понял, что такое серединный путь. Что и аскеза, и полный гедонизм, это про саморазрушение.
Баланс — это очень важно.
Помните: если специалист задавливает вас, это плохо. Если он набивается в друзья, тоже стоит насторожиться. Если же вы чувствуете, что он уверен в своих рекомендациях, при этом — внимателен, значит, вы попали в нужные руки.