Сегодня колонка Алены Бражниковой — о пожилых людях и их расчеловечивании молодыми.
Недавно я полюбила хорроры.При этом, я терпеть не могу скримеры — когда что-то выскакивает прямо у тебя перед носом и ты, естественно, орешь. Это дешевый способ создать зловещую атмосферу. Хороших хорроров мало, но они есть. Сейчас расскажу об одном из них, но если вы не любите этот жанр — не переключайтесь, это будет не столько обзор на фильм, сколько рассуждения о социальном явлении.
И в древности, и сравнительно недавно (начало двадцатого века), в разных культурах считалось, что пожилые люди особенно подвержены демоническим сущностям. Дескать, демонам легче захватить пожилых, потому что они слабеют и телом, и умом. Вокруг этого и строится хоррор «Старики», но, на самом деле, он гораздо глубже.
Сюжет простой: пожилые люди по всему миру вдруг восстают в слепой ярости. Эта слепая ярость — желание убивать молодых. Но есть в фильме момент, в котором становится ясно, что это не просто подобие зомби-хоррора. Когда один наиболее «демонический» старик смотрит на молодого персонажа и спрашивает:
— Кого ты во мне видишь — человека или животное?
Вокруг этого нарратива дальше и выстраивается фильм.
И это важный вопрос. Кого мы видим в старых людях — людей или, нет, даже не животных, а «третий пол»? Кого-то с другой планеты, кого-то, одной ногой в другом мире, уже отделенном от нашего?
Я не буду лукавить. Иногда, чтобы увидеть в очень пожилом человеке личность с огромным спектром всех интересов, мне приходится напомнить себе, что у человека позади — жизнь. Любови, смех, слезы, разочарования, радости. Просто за слабостью, нередко свойственной пожилым, это рассмотреть трудно. Ну а будут ли у тебя силы, если ты постоянно болеешь, или если на тебя просто-напросто наплевала собственная семья?
Есть много шуток о том, «куда едут бабки в автобусе в семь утра» (это цитата). Мне довелось общаться с такими бабушками. Да и родители моего мужа сами пожилые. Куда они едут? По своим небольшим, но важным для социализации делам.
Бывает, что в депрессивном эпизоде мне не хочется ни с кем говорить, но мне нужно просто побыть с кем-то в обществе. А еще бессонница. Помню, когда Икею еще не закрыли, я ехала туда. Бродила по этим идеально обставленным комнаткам и спальням, сидела на мягких креслах. Чтобы как-то порадовать себя, покупала ароматические свечи за 99 рублей. Хорошо это помню. Некое пристанище для неспящих, тех, кто хочет быть и один, и не один одновременно.
Но есть большая разница между мной и пожилым человеком, который занят примерно тем же самым. Мне есть, с кем встретиться и поговорить. У меня есть выбор. А у многих стариков выбора просто нет. Вот и едут они в семь утра на рынок, чтобы купить горсть хороших орехов, или новые носки, да что угодно.
На благополучие стариков влияет экономический, социальный фактор каждой страны. Влияет общество, влияет пенсия. Нельзя и исключать то, что влияет сам характер человека. Не удивительно, если в молодости и зрелости от был тем еще козлом, то в старости с ним рядом никого не останется. И такое бывает. А бывает, что и в старости человек остается активным.
Но, давайте честно, мы же с вами не об этом думаем и заботимся. Мы видим перед собой отличающуюся от нашей оболочку — сморщенную кожу, заторможенные движения, неспешную речь — и есть два варианта:
Первый — мы общаемся со стариками как с малыми детьми или людьми с умственной отсталостью. С доброй улыбкой и жалостью. Порой героически, потому что «уважаем старость».
Второй — мы злимся на стариков либо стараемся как можно скорее отделаться от их общества. Я сейчас говорю не о своих бабушках и дедушках, хотя с ними бывают похожие истории. Я про незнакомых.
А еще, старики — это наше неизбежное будущее. По крайней мере, физически. Старость пугает, она напоминает о смерти. И это сидит в нас очень глубоко.
Вот об этом обо всем меня заставил задуматься хоррор «Старики».
Мне жаль, что когда умерла моя прабабушка, я не успела рассмотреть ее, как человека, а не как абстрактного «старика». Да даже с ее похорон я хотела убежать как можно скорее.
Мне жаль, что я не успела узнать у деда больше о его жизни. На это есть ряд причин, но если бы я действительно захотела и набралась мужества, то могла бы препятствия преодолеть.
Сейчас я учусь смотреть на пожилых людей как на людей, а не как на существ с другой планеты. Как на людей, которыми стану и я, и мои друзья, и родители.
Эта колонка, прежде всего, как и все остальные, обо мне. Я не хочу ею никого обидеть. Если вдруг вас что-то зацепило в плохом смысле — прошу прощения, я не хотела.