#ОксанаРябенко

Почему мы молчим о некоторых подопечных?

Многие спрашивают: «Почему вы не пишете обо всех своих подопечных? Почему у вас на сайте одни имена, а в жизни — другие? Почему о ком-то вы вообще не рассказываете?»

Отвечаем честно. Потому что благотворительность — это не реалити-шоу. И иногда молчание — это высшая форма заботы.

Три причины, по которым мы прячем лица…

1⃣ Психиатрия. У нас есть подопечные с психическими заболеваниями. И даже если мы подпишем все возможные и невозможные разрешения на публикацию — мы не подпишемся под тем, что их жизнь после этого поста станет легче. Выложить в сеть диагноз «шизофрения» или «БАР» с фото — это значит запустить в жизнь человека лавину, которую он уже не остановит. Отказ в приёме на работу. Косые взгляды соседей. «А я же говорил, что он ненормальный». Мы не имеем права быть теми, кто эту лавину запускает. Даже ради пожертвований.

2⃣ Подростки в семье. Когда в семье есть дети-подростки, мы десять раз подумаем, прежде чем писать открыто. Вы готовы к тому, что вашему ребёнку одноклассники скажут: «Ха, твой папаша калека!»? А одноклассники — особенно в пубертате — могут сказать и похуже. Мы не можем защитить вашего ребёнка от всего мира. Но мы точно не должны давать ему этот повод сами.

3⃣ Мы сами не понимаем ситуацию. Иногда мы берёмся за случай и первые месяцы просто нащупываем почву. Не можем выстроить картину болезни. Не понимаем стратегию. Не видим, что будет завтра. И в этот период мы молчим. Потому что написать «мы спасаем» и через месяц понять, что всё сложнее, чем казалось, — это нечестно по отношению к вам, донорам. И по отношению к подопечному.

История, которую мы наконец можем рассказать и хотим нарушить правило молчания. Потому что мы прошли с этой семьёй путь от полной неизвестности до твёрдой земли. И мы хотим, чтобы вы знали имя женщины, которой вы помогли.

Её зовут Оксана Рябенко. Она из Мытищ. Мы ведём её совместно с Фондом «Живой» 🤝. С «Живым» мы курируем не одного подопечного.

До этого момента мы называли её Виктория и не выкладывали фото. Мы не понимали — как будто сами боялись обнажиться и прикипеть. Сейчас мы добились медленной устойчивой динамики и как будто перестали бояться. Но это просто эмоции. По факту — мы собрали картину болезни, выработали стратегию и добились стабилизации.

Что случилось с Оксаной?

По образованию Оксана — психолог. Долгое время работала в Московском центре занятости карьерным консультантом: помогала людям выбрать профессию, составить резюме, подготовиться к собеседованию. Потом перешла в семейный центр «Берегиня» — работала с трудными семьями, подростками, консультировала по усыновлению. Смысл её работы был не в беседах, а в выстраивании чёткого плана выхода из кризиса.

В августе 2025 года, через две недели после отпуска в Сочи, Оксана заболела. Простуда, 4 дня температуры, неожиданная потеря сознания. В больнице — критическое падение калия и натрия в крови. Кислородное голодание мозга. Повреждение.

7 месяцев реанимаций. 7 месяцев борьбы. 7 месяцев, когда врачи разводили руками.

И только её муж Павел — ни разу, ни на секунду не усомнился, что она справится. Он научился виртуозно ухаживать за ней. Вник во все медицинские термины. Искал любые возможности. Перевернул свою жизнь целиком, чтобы она каждую секунду знала: её ждут. Её любят ❤

Пока Оксана была в коме, ей исполнилось 45. Пришло время менять паспорт. Прийти в паспортный стол сама она, очевидно, не могла. А дорога от койки реанимации до паспортного стола — очень длинная.

Итог: ни инвалидности, ни пенсии, ни документов. Лишить Оксану дееспособности тоже оказалось непросто. Суд мурыжил документы больше полугода — и вернул. А бросить жену в коме, чтобы идти по судам, Павел не мог. К этому моменту он уже остался без работы. Потратил всё, чтобы она выжила. До копейки.

Что мы сделали за 8 месяцев (с апреля 2026 года)
✅ Выбили паспорт. Немного попугали паспортный стол — оказалось, пациенту в коме паспорт положен. Есть даже опция «привезти домой». Муж об этом не знал. Паспортный включал «дурачка». Мы дурачка выключили. Паспорт привезли.
✅ Прошли комиссию МСЭ.
✅ Получили ИПРА (индивидуальную программу реабилитации).
✅ Обследовались в НИИ Лопухина — детальнейшая диагностика.
✅ Прошли курс ботулинотерапии.
✅ Постоянно на связи: корректируем занятия, лечение, привлекаем специалистов, обеспечиваем питание (голодный пациент — это плохая динамика).

Фонд «Живой» обеспечивает расходники, уходовые средства и контрольные обследования.

И да — смысл есть. В августе мы смогли установить достоверный контакт с Оксаной. Целый день сидели, искали способ. Это сложно. Но контакт есть. А значит, всё не зря.

Состояние Оксаны сейчас характеризуется как «малое сознание». И это уже огромный прогресс. Позади — ИВЛ, постоянные инфекции, невозможность удержать давление. В последней выписке: «начинает выявляться контакт и ответы на обращённые просьбы».

Это не чудо. Это тяжёлый ежедневный труд. Работа над контактом. Уход 24/7. Своевременные обследования. Анализы. И любовь мужа, который не отступил 💪

Оксане необходимо:

🔸 Заменить гастростому и трахеостому (плановая процедура, но без неё — осложнения)
🔸 Неврологическое обследование для корректировки курса реабилитации
🔸 Ежедневные расходники: пелёнки, катетеры, подгузники (без них — пролежни и сепсис)
🔸 Нутритивное питание: энтеральное питание Нутрикомп, нужно набирать вес

Для семьи, где муж потерял работу, а жена в коме — эти расходы космос.

Павел сейчас занимается оформлением всех документов по ОМС, инвалидностью, ИПРА. Но бюрократия, как вы понимаете, не торопится.

Почему мы рассказываем это открыто? Потому что мы прошли с Оксаной путь от «мы не понимаем, что делать» до «мы видим контакт». Потому что Павел — уникальный человек, который заслуживает, чтобы его историю знали. Потому что Оксана, которая всю жизнь помогала другим выходить из кризисов, теперь сама нуждается в выходе.

Мы не обещаем, что она встанет и побежит. Мы обещаем, что сделаем всё, что в наших силах. И просим вас быть с нами в этом.

Любая сумма — это точка опоры. Это шанс. Это не чудо, но это работа, которая даёт результат.

Помогите, это легко...

Каждый день наша команда борется за тех, кому больше некому помочь. Но мы не справимся в одиночку. Ваша поддержка — это наша опора. Только вместе мы сможем изменить жизни. Помогите нам помогать.

Поделиться: